November 10th, 2012

Летучий Нидерландец

Да, именно так

---
При трансформации общественных нравов сплетня из шепота превращается в крик, достигая всех обсуждающих и всех обсуждаемых и даже тех, кому эта сплетня вообще неинтересна.
Сплетня теряет все обаяние, всю силу секрета. Зато она создает новый образ осуждаемой жертвы. Эта жертва новой формации совершенно не вызывает сочувствия. Она вызывает зависть. Ведь предметами массового обсуждения бывают только знаменитости. Значит, стать предметом сплетни (публичной) – это признак высокого общественного статуса.
Тут-то и совершился переход на следующий уровень утраты privacy. Телевидение стало делать передачи, где уже не терзатели позорили имена терзаемых, а сами терзаемые сладострастно позорили собственные имена, веря, что получат за это такое же общественное признание, как известные актеры или политики.
---
В прежние времена, когда кабацкие мужики переходили разумные пределы в издевательстве над деревенскими недоумками и подстрекали тех на совсем уже дикие бравады, вмешивался мэр, аптекарь, друг семьи, которые обнимали недоумка за плечи, выводили из кабака, возвращали домой. А нынешнего телевизионного глупца никто домой не отводит. […] Напротив, общество подзуживает их.
Несомненно, перед нами преступный факт. Но не о защите попранных интересов Недоумка хлопочу я ныне (хотя этим вопросом следовало бы заняться компетентным органам, поскольку налицо злоупотребление правами недееспособного). Меня беспокоит другое. Восславленный своим явлением на экране, телевизионный Недоумок становится эталоном жизни. Если позвали его, значит, могут позвать любого. Выставление напоказ ничтожества убеждает публику, что никакое, даже самое постыдное невезение не обречено оставаться тайной личной биографии, и что обнародование этого стыдного будет вознаграждено. […]
Аналогичная ситуация отмечается сейчас в Интернете.
(с) Умберто Эко